Первый пожарный обоз Самары

В XVII – XVIII веках основной метод борьбы с пожарами в Самаре, был – разборка деревянных строений, заборов и перемычек. Это позволяло предотвратить распространение огня по всему поселению, состоявшему, большей частью, из деревянных домов. На чердаках строений и во всех дворах обязательно стояли бочки и кадки с водой. В случае пожара на пути огня разворачивались мокрые паруса из плотной ткани или устанавливались щиты, смоченные водой. Это давало возможность сдерживать на какое-то время огонь. А на крышах соседних домов люди гасили падавшие искры метлами, смоченными водой. Но эти меры были действенны только в начале пожара. Основными инструментами огнеборцев в то время были крюки, топоры, ведра, паруса, помело. И если в Москве уже к концу XVII века стали использовать заливные трубы, то до Самары они дошли только через сто лет.

пожарные насосы ручного действияСельский пожарный обозВодозаливные трубы – это пожарные насосы ручного действия. В старые времена они были медными или деревянными, с громоздким ящиком, куда воду заливали ведрами. Первые образцы этих механизмов состояли из металлической трубы с наконечником, в котором двигался поршень, под давлением которого вода с силой выбрасывалась из наконечника. В 1724 году изобретатели снабдили пожарную трубу гибким всасывающим рукавом. Это позволило отказаться от громоздких заливных ящиков и забирать воду из открытых водоемов. Но дело в том, что в те времена на территории Самары, стоящей, как известно, на берегу Волги, не было… ни одного пожарного водоема. И поэтому, когда в начале XIX века водозаливные трубы все-таки дошли до Самары, на улицах и на площадях наконец-то стали устраивать деревянные чаны. Водовозы следили, чтобы они всегда были заполнены водой.

Уездная Самара в начале XIX века по-прежнему выглядела неблагоустроенным захолустьем. Улицы по ночам не освещались, практически все они оставались незамощеными, а для приезжих не было в городе ни гостиниц, ни извозчиков. Городская полиция также пребывала в жалком состоянии. А поскольку по “Пожарному Уставу” 1832 года число пожарных команд и лошадей для каждого города определялось числом домов и его рангом, то Самаре в те годы не полагался даже брандмейстер. До 1841 года пожарное дело здесь было возложено на городскую полицию. В 20-30-е годы XIX века в распоряжении российских пожарных команд были следующие инструменты (или, как их еще называли, огнегасительные орудия и снаряды): уже упоминавшиеся выше большие и малые водозаливные трубы, щиты, багры, крючья, топоры, лестницы, ведра, бочки, швабры, метлы и некоторые другие приспособления. При этом “Пожарный Устав” гласил, что команда огнеборцев, их лошади и инструменты должны находиться “всегда в надлежащей исправности и полном комплекте”, а содержать команду и ее имущество власти были обязаны за счет городских доходов.

В то время водозаливные трубы и другие пожарные инструменты делали только в восьми городах России: Рязани, Ярославле, Пензе, Казани, Харькове, Киеве, Риге и Вильно, а также в двух столицах. Для снабжения городов пожарными инструментами и обучения личного состава в начале XIX века были учреждены пожарные депо в Москве и в Санкт-Петербурге. Каждая губерния ежегодно отправляла для обучения троих наиболее способных работников, а городское общество, командируя их на учебу, обязано было на свои средства прилично одевать избранников и снабжать их достаточным продовольствием.

Заливные трубы, большие и малые, были в те времена очень дорогими. И потому Самара вряд ли имела их в достаточном количестве. В городе даже не было своего мастера, который бы их ремонтировал. Для этого пожарные трубы приходилось отправлять из Самары в Казань, где их восстановлением занимался штатный мастер местной городской полиции Василий Матвеевич Слесарев. Новое штатное расписание самарской городской полиции российский император Николай Первый утвердил только после очередного сильного пожара в 1840 году. Свой указ он подписал 16 октября 1841 года. Именно эту дату и следует считать днем создания самого первого пожарного обоза в Самаре. Впоследствии указ императора был опубликован в Полном собрании законов Российской империи в 1842 году (статья 14 938).

В соответствии с новым штатным расписанием уездной Самаре был положен один полицмейстер, два частных пристава, один брандмейстер, три унтер-офицера, а также 25 пожарных служителей. Для пожарной команды предусматривалось 20 лошадей с соответствующим содержанием. Оснащение самарских огнеборцев в то время было следующим: 13 пожарных труб, 28 летних и 16 зимних дрог, 14 бочек, 20 ведер, 4 лестницы, 28 багров и 2 топора. В общей сложности на содержание этого подразделения городу можно было расходовать 1421 рубль 52 копейки в год. Поскольку Самара, согласно указу императора, в том же году была поделена на два района, то, следовательно, в нем можно было создать не одну, а целых две пожарные команды. И уже вскоре в каждом из этих районов сначала была создана полицейская часть, а при каждой из них – пожарная команда из двенадцати человек с десятью лошадьми. Почти сразу же городские власти начали приобретать для них пожарные инструменты. Фото первой пожарной части на Хлебной площади:

первая пожарная часть на хлебной площадиПриняв в 1851 году статус губернского города, Самара стала усиленно застраиваться каменными домами. Первый самарский губернатор С. Г. Волховский сразу же приступил к организации пожарного обоза, оборудование которого отвечало бы техническим нормам времени. Глава губернии разослал письма в Симбирск, Казань, Нижний Новгород и другие города с просьбой прислать документы о штатах полиции и пожарной части, сведения о пожарных инструментах, мундирах и амуниции, о количестве пожарных лошадей и так далее. На письма Волховского откликнулись все губернаторы, у которых он просил помощи. Ему прислали также ведомости на пожарные инструменты и список адресов, по которым их можно было заказать. На основе полученных материалов в конце 1851 года был разработан проект штатного расписания самарской городской полиции из расчета, что город будет поделен на три района, и, соответственно, чтобы в нем были три полицейские части, а при них – три пожарные команды.

Так в те годы было уже в большинстве губернских центров. Документ предусматривал должности полицмейстера и брандмейстера. При этом в полицейскую команду должны были входить шесть унтер-офицеров и 36 нижних чинов. Предполагалось также, что в Самаре будет 109 пожарных служителя и три смотрителя на каланчу. Из средств городской казны необходимо было приобрести шесть водозаливных труб для полиции (в те времена полицейские также участвовали в тушении пожаров), по три трубы для каждой пожарной части, а также бочки с приборами: для полиции – 12, для каждой пожарной команды – по шесть. Еще надо было закупить 105 лошадей: две – для полицмейстера, одну – для брандмейстера, 36 – для содержания при полицейских инструментах, по 18 – в каждую пожарную часть, да еще по три лошади в каждую часть для перевозки тяжелых багров.

В конце 1851 года проект был направлен в Оренбург генерал-губернатору Оренбургской и Самарской губерний, а он, в свою очередь, отослал эти бумаги в Петербург. Но только 18 апреля 1853 года российское министерство внутренних дел целиком одобрило этот проект и утвердило штат пожарной команды Самары с приложенными к нему табелями, а также ведомость единовременных издержек на устройство пожарного обоза. Согласно утвержденному в МВД документу, члены пожарной команды Самары обеспечивались жалованьем, провиантом и обмундированием за счет городской казны. Попутно министерство дало самарцам наставление: приобретать пожарные инструменты, лошадей и прочее казенное имущество только путем выгодных торгов. Кроме того, МВД договорилось с Военным министерством о командировании в пожарную команду Самары необходимого количества низших чинов от военного ведомства.

По утвержденному тогда же штатному расписанию в пожарную команду Самары входил один брандмейстер (с окладом 150 рублей в год) и два унтер-брандмейстера (один из них – старший, с окладом 16 рублей в год, а другой – младший, с содержанием 12 рублей в год). Кроме того, в команду предусматривалось набрать 34 нижних чина от военного ведомства с содержанием по 6 рублей в год каждому. Что же касается “технического оснащения”, то теперь пожарная команда Самары могла иметь в своем распоряжении 33 лошади. В общей сложности МВД выделило на годовое содержание самарских огнеборцев, лошадей и пожарных инструментов 2 860 рублей. Кроме того, городская дума за счет местных средств дополнительно ввела в городские пожарные части еще 13 человек: двух унтер-офицеров и 11 рядовых бойцов. Новое штатное расписание пожарной команды Самары было введено в действие с начала 1854 года. А в мае того же года, как известно, город вновь постигло сильнейшее огненное бедствие, которое, как и несколько лет назад, опять нанесло пожарному обозу огромный урон. Сгорели все выделенные ему помещения, были повреждены пожарные инструменты, конская упряжь и так далее.

После того, как сведения о катастрофе поступили в Санкт-Петербург, хозяйственный департамент МВД выделил 2 611 рублей на устройство в Самаре нового пожарного обоза. Кроме того, новый самарский полицмейстер направил рапорт в городскую Думу о плачевном состоянии подразделения по борьбе с огнем: “…пожарную команду, пожарные инструменты и казенное имущество я нашел: 1) людей – нижних чинов… 34 человека (из них 10 болеют), и все, хотя имеют казенное помещение, ходят обедать и ужинать на квартиры, почему в случае пожара не могут быть одновременно на месте… 2) Казенные лошади – из 21 – пять вовсе негодные… 3) Сбруи, попоны и другая лошадиная утварь вовсе не имеется или требует починки. Пожарные трубы находятся в ветхом состоянии. Рукавов при машинах имеется всего 21, из них – 15 совсем негодные. Бочки, ходы под машинами и щитами и колеса под ними и вовсе ветхие. Имеются 4 лестницы, но две из них по тяжести и две по совершенной ветхости в употреблении быть не могут. Багров – 24, из них 12 тяжелые, четыре негодные. Топоров, железных лопат, ломов и вовсе нет”.

Городская Дума живо откликнулась на это послание, и для пожарных частей были сделаны необходимые закупки. В 1854 году на это было выделено 3 324 рубля, в 1855 году – уже 4 787 рублей, а в 1856 году – 4 953 рубля. При этом инструменты и упряжь приобретались в Нижнем Новгороде, Казани, Саратове, а лошадей закупали в Бугульме. Кроме того, для постоянного наблюдения за городом были построены две деревянные каланчи. Для пожарных инструментов выделили два сарая, а для служащих за счет городских средств снимались квартиры. Вот так самарский пожарный обоз начал снова обустраиваться. Утвержденных правительством штатов вполне могло хватить на создание в Самаре трех пожарных частей, однако городская Дума решила для начала организовать лишь две пожарные части, так как после опустошительных пожаров 1848, 1850 и 1854 годов целые районы города еще не были восстановлены.

Суммы, выделяемые на устройство пожарной службы Самары, продолжали увеличиваться с каждым годом. Для размещения пожарной команды при первой полицейской части в 1857 году была построена деревянная изба на каменном фундаменте. Другая полицейская часть, при которой находилась вторая пожарная команда, располагалась в наемном доме поручика Я. С. Семенова, на углу улиц Саратовской (ныне улица Фрунзе) и Предтеченской (ныне улица Некрасовская). Этот дом тоже был деревянным и с антресолью, но на каменном фундаменте. 15 сентября 1855 года был составлен проект на постройку нового каменного дома с деревянной каланчой и службами для управления второй полицейской части. 2 июля 1857 года Департамент проектов и смет в Петербурге рассмотрел эти документы и утвердил их без особых изменений. В августе проект подписали самарский губернатор К. Грот и губернский архитектор А. Мейснер. Вторая полицейская часть должна была строиться в 66-м квартале, на углу улиц Николаевской (ныне Чапаевской) и Предтеченской (ныне Некрасовской).

Тем временем город планомерно рос, увеличивалось и население. В 1862 году каменных домов уже было около 400, деревянных – 2526. Количество пожарных служащих дошло до 60 человек, в их распоряжении было 102 лошади. К этому времени город все-таки поделили на три района, и в каждом из них находилась полицейская часть, а при ней – пожарная команда. Так как в Самаре тех лет по-прежнему преобладали деревянные дома, то пожары, как и раньше, были частым явлением. В среднем в год случалось до двенадцати крупных огненных происшествий, не говоря уже о мелких. В 1865 году в губернии ввели взаимное земское страхование от огня с разделением его на обязательное и добровольное. Одновременно было ужесточено наблюдение за правильным расположением вновь возводимых построек, а также приняты меры против самовольной застройки и введен надзор за точным исполнением правил губернского земства об обмазке соломенных крыш глиною и известью.

Ручная пожарная водозаливная труба, снабженная рукавами, оставалась основным техническим средством тушения пожаров в России вплоть до изобретения парового пожарного насоса в 1829 году. Именно тогда на смену примитивному ручному механизму пришел паровой двухцилиндровый поршневой агрегат, значительно повысивший эффективность тушения пожаров. Однако в Самаре паровой пожарный насос по чисто экономическим причинам стал применяться только в 70-х годах XIX столетия: из-за дороговизны этой техники на обустройство пожарного обоза в те годы уходила треть (!) городского бюджета.

паровой пожарный насосВ 70-х годах город продолжал застраиваться каменными домами. В 1874 году их насчитывалось уже 1 240. Тогда же, согласно статистике, количество чисто деревянных домов пошло на убыль – их оставалось только 1 876. При этом каменных церквей в городе тогда построили 20, а деревянных – лишь шесть. Несмотря на этот прогресс, огненная стихия все-таки продолжала наносить городу большой материальный ущерб.  В частности, во время сильного пожара 24 июля 1877 года в Самаре сгорело более 300 домов, в том числе и вторая пожарная часть, а также пострадало здание, в котором размещалось городское полицейское управление. В результате самарским властям пришлось просить у МВД средства на восстановление уничтоженных пламенем казенных строений, на ремонт поврежденных пожарных инструментов, а также на строительство уже не деревянной, а новой каменной каланчи. А на третий день после пожара, 26 июля 1877 года, было созвано экстренное заседание городской Думы, на котором ее гласный Петр Владимирович Алабин был избран на должность заведующего пожарным обозом. Впоследствии Алабин в своей книге “Двадцатипятилетие Самары как губернского города”, вышедшей в свет в 1886 году, с горечью писал: “Пожарная часть в Самаре еще слишком далека от желаемого совершенства, так что в случае чего, Боже сохрани, если бы город был постигнут большим пожаром при условиях, благоприятных его развитию, наша пожарная команда едва ли будет иметь средства спасти город”.

Так или иначе, но пожары, свирепствовавшие тогда в Самаре, подталкивали городское общество к мысли: в губернском центре нужно строить противопожарный водопровод. Вскоре после описанных событий была создана особая комиссия по его устройству, в которую вошел и Алабин, к тому времени уже ставший городским головой. Во многом благодаря его упорству самарский водопровод, построенный по проекту московского инженера Н. П. Зимина, 1 января 1887 года был сдан в эксплуатацию. Он оказался первым подобным противопожарным сооружением в России. В 1898 году в Самаре было создано самарское городское добровольное пожарное общество. Совет Императорского Российского пожарного общества одобрил такую инициативу самарцев. В 1905 году состоялось передача пожарной команды Самары из общегосударственного в муниципальное подчинение, и она стала называться городской общественной пожарной командой. Тогда же были разработаны правила об организации и структуре самарской городской пожарной команды, в которых говорилось, что ее для целей борьбы с огнем за свой счет содержит городское общественное управление.

Городская Дума имела право распределять личный состав команды и ее имущество по отдельным пожарным частям и образовывать ее временные отделения. Например, на 1905 год Дума определила следующее штатное расписание пожарной команды: один брандмейстер, четыре унтер-брандмейстера и 147 служителей. Дума также заботилась, чтобы все служащие имели городские квартиры с отоплением и освещением, следила за хозяйственной частью пожарных команд, устанавливала необходимое число лошадей, огнегасительных машин и прочих принадлежностей. А еще в обязанности городской Думы и управы было отслеживание всех появлявшихся технических новшеств пожарного дела и приобретение их для своего пожарного обоза. Тем не менее в начале XX века Самара, даже несмотря на наличие противопожарного водопровода, по сравнению с другими городами все-таки горела чаще. Это было связано с двумя обстоятельствами. Во-первых, в Самаре, особенно на ее окраинах, по-прежнему преобладали деревянные дома, поскольку возведение зданий из камня подавляющему большинству жителей было не по карману. Во-вторых, желал лучшего надзор за возведением новых домов и их расположением.

Из-за этого во многих кварталах возникала такая скученность строений, что при очередном пожаре огонь всегда выходил далеко за пределы одного двора. Кроме того, после тщательного анализа этих и других проблем правление Самарского городского общества взаимного страхования от огня признало, что даже при наличии противопожарного водопровода и хорошо организованной пожарной команды для успешной борьбы с огненной стихией большое значение имеет еще и быстрый приезд огнеборцев на место происшествия. Между тем в начале XX века пожарная команда Самары узнавала о возгорании только тогда, когда дежурный на каланче замечал вырывавшиеся из какого-нибудь дома огонь и дым. А ведь специалисты считают, что на этой стадии пожара огонь уже достигает такой сокрушительной силы, что борьба с ним в данный момент становится очень сложной. Таким образом, еще одной выявленной противопожарной проблемой для Самары начала XX века стало своевременное оповещение пожарных частей об очередном огненном происшествии.

Наиболее кардинальным средством раннего обнаружения пожара для того времени считалось повсеместное внедрение электрической сигнализации, которая в начале XX столетия уже была устроена во многих губернских и даже уездных центрах России. Самарское правление признало полезным смонтировать такую же сигнализацию и в Самаре, о чем и доложила на заседании комиссии по заведованию городским пожарным обозом 16 декабря 1911 года. Тотчас же многие электротехнические фирмы предложили самарским властям свои услуги. Самарская городская управа сразу же после этого решения стала вести переписку со своими московскими коллегами, заявив о желании приобрести пожарный автомобиль. Вскоре Московская городская управа сообщила самарцам о том, что на примете есть хорошего качества машина производства южногерманского завода Гагенау. Этот автомобиль вмещал восемь человек, на нем размещались французская двухколенная лестница, две штурмовки, спасательный снаряд “Кенига”, два огнетушителя, стендер, трехходный кран, гидропульт, 60 саженей заливных рукавов и специальный инструмент. Кроме того, узнав о намерении самарских властей, многие иностранные фирмы тоже прислали свои рекламные проспекты в городскую управу.

пожарные линейкипожарный автомобиль с лестницейКартина повторилась, когда 20 февраля 1913 года Городская Дума приняла решение о необходимости провести электрическое освещение в пожарных частях. Узнав об этом намерении, электротехнические фирмы стали предлагать свои услуги и присылать сметы на устройство современного освещения. А незадолго до революционных событий 1917 года у самарских огнеборцев обнаружилась еще одна проблема. В городе было построено много четырех- и пятиэтажных домов, однако в распоряжении городских пожарных к этому времени были лишь лестницы, которые достигали только второго этажа. К тому же все они были деревянными и очень тяжелыми. Для их установки у горящего здания требовалось не менее 10 человек. Поэтому самарские власти решили выписать из Императорского Российского пожарного общества для городского пожарного обоза две двухколенные раздвижные механические лестницы легкого типа, четыре лестницы-трехколенки и одну механическую четырех-коленную лестницу новой усовершенствованной конструкции и автоматическим остановочным устройством, имевшую железные поручни и четырехколесный ход.

Для установки двухколенной лестницы требовалось один-два человека, а для трехколенки – три-четыре человека. Правда, обе они были сделаны из ясеневого дерева, но покрыты огнезащитным составом. И хотя в то время легкая штурмовая лестница стоила 15 рублей, а, к примеру, четырехколенка – 1 700 рублей, городская Дума все-таки пошла на эти расходы. В результате уже в 1912-1913 годах пожарный обоз Самары был оснащен новыми механическими лестницами. Летом 1916 года городская управа получила известие из Москвы о том, что товарищество огнетушителей “Ниагара” открыло контору по продаже ручных аппаратов для борьбы с огнем. Самарские представители, изучив продукцию фирмы, выяснили, что огнетушитель “Ниагара” превосходит все аналогичные аппараты конкурирующих производителей по своим техническим качествам. Например, при его использовании можно было в любой момент остановить направленную в пламя струю. К тому же аппарат фирмы “Ниагара” был удобен при его наполнении и заряжении. В результате Самара приобрела партию новых огнетушителей.

К 1917 году самарский пожарный обоз имел одно из лучших в России техническое оснащение, вплоть до современных пожарных машин. Всего за 60 с небольшим лет своего развития (с 1853 по 1917 годы) пожарная техника и оборудование пожарных частей Самары прошли огромный путь: от багров, топоров, ломов, заливных труб – до пожарных машин, от водовозных бочек и чанов – до пожарного водопровода, от сигнальных колоколов и дежурных на каланче – до телефонной связи, от свечей, керосиновых ламп и масляных плошек – до электрического освещения пожарных частей. К этому времени в Самаре ушли в прошлое кошмары опустошительных пожаров, не раз целиком уничтожавшие город, его жителей. К началу 20-х годов XX века в Самаре в основном возникали пожары местного значения, не выходящие за пределы одного городского квартала.

На Главную

Загрузить Adobe Flash Player
Эта запись была опубликована в рубрике Старая Самара и отмечена метками , , , , , , , , , , , , . Добавить в закладки ссылку.

1 в ответ на Первый пожарный обоз Самары:

  1. Сергей пишет:

    Такой глубокой истории о пожарных насоса я я еще не видел. Спасибо коллеги с праздником Вас пожарной охраны. Прошедшим по СССР и наступающем по РФ.

Оставить комментарий