Первый план Самары

Проспект Татищева (название условное) и единственная продольная Большая улица (близкая по положению к нынешней улице Водников) впервые в застройке Самары образовали узел планировочной структуры города. В 60-х годы 18 века известный историк Оренбургского края Петр Иванович Рычков написал, что Самара «имеет изрядную ситуацию, а особливо с горы… на реку Волгу для разных по ниже города имеющихся островов с приятными кустарниками; а вверх по Волге для широкого разливу приятный тут проспект». Безусловно, «проспект» в Самаре, который вызвал восторг у П. И. Рычкова, был не проспект-улица в современном смысле слова. Это было по-существу первое в городе пространственно организованное и благоустроенное место, перед которым раскрывались неповторимые по красоте дали Волги.

В 1763 году был подписан царский указ «О сделании всем городам, их строению и улицам специальных планов по каждой губернии особо». Практическое исполнение этой работы было возложено на вновь созданную в 1762 году «Комиссию от строений Санкт-Петербурга и Москвы». Но в этом серьезном общегосударственном деле сразу же возникли немалые трудности — не было достаточного количества квалифицированных исполнителей — архитекторов и геодезистов. Самара, как отдаленный от столицы город, не была в первом ряду этого градостроительного мероприятия России. Но в апреле 1765 года в городе случилась большая беда — пожар. Разбушевавшаяся ночью огненная стихия уничтожила три четверти Самары. Город стал объектом большого внимания казанского губернатора и сената.

Через два с лишним месяца, 30 июня 1765 года, Екатерине II сенат доложил: «…минувшего апреля 20-го числа в полуночи в 11 часу в городе Самаре случился пожар и погорело церквей каменных две, деревянных две же и все тамошнего купечества лавки, два кабака, да обывательских 418 дворов, детей женского пола 2 человека… От оного пожара с великим трудом сохранены соборная церковь, пороховой погреб, провиантские и соляные магазины, Самарское комиссарство, винный выход и 170 обывательских дворов… А отчего де тот пожар учинился по следствию не оказалось… Чаятельно от нерегулярного и стесненного в оном городе строения, того ради по посланному из Сената к Казанскому губернатору указу велено, в предупреждение могущего быть таковых же несчастливых приключений, немедленно сделать по своему рассмотрению согласное с указом распоряжение и план, каким образом впредь в сем городе на погорелых местах публичным и партикулярным строениям быть надлежит, брав притом такие меры, дабы пред прежними какие улицы сколько возможно распростаны так и строения одно от другого с лучшим регулярством нимало не стесняя строены были, предостерегая притом, чтобы за нескорым того плана соченением в построении нужного обывательского строения и нынешнего удобного к тому времени не упустить».

Так перед казанским губернатором была поставлена сложная программная задача: не упуская летнего времени, в погоревшей Самаре обеспечить правильную застройку обывательских дворов, соблюдение «регулярства», установленную ширину улиц, противопожарные разрывы и не забывать о перспективном «геометрическом» плане города. Для практического решения этой задачи в Казанской губернии не было ни одного архитектора и ни одного геодезиста. Казанский губернатор Квашнин-Самарин поступил правильно и немедленно принял доступные ему меры, а после их исполнения сообщил в сенат: «в самой скорости отправил я в оный город для размерения улиц за неимением здесь геодезистов знавшего ту науку из здешних гарнизонных батальонов унтер-офицера Пономарева и посланным в Самарское комиссарство указом… Вновь строить тесно отнюдь не допускать… и конечно оное строение производимо было как указом правительствующего Сената прошлого 758 (1758) году октября 4 дня а именно большие улицы оставлять шириною по осьми а переулки по четыре сажени…» Одновременно было указано мясной ряд, скотобойни и кузницы вынести за пределы города.

Посланный в Самару унтер-офицер Пономарев приказ губернатора выполнил и 2 июля 1765 года доложил об этом Квашнину-Самарину с представлением плана «размерения» (разбивки) улиц погоревшего города Самары. Представленный губернатору план произведенной разбивки сохранял в Самаре существовавшую до пожара планировочную структуру улиц и проулков, но их ширина была увеличена. К сожалению, подлинный план, исполненный унтер-офицером Пономаревым, в архивном деле «О пожаре в Самаре» не найден. Однако так называемый (по-современному) опорный план перспективного «геометрического» плана Симбирского наместничества города Самары 1782 года восполняет этот недостаток. На «геометрическом» плане четко изображена существовавшая в то время застройка Самары, которая с большой достоверностью отражает город до пожара. За 1765—1782 годы, то есть за 17 лет существования после пожара, город увеличился только на 46 дворов, что не могло заметно изменить его уличную структуру и застройку. Поэтому опорный план регулярной планировки Самары есть не что иное, как застройка, сложившаяся в городе по разбивке унтер-офицера Пономарева.

Историческая и градостроительная ценность этого плана в том, что в нем отражен почти двухвековой процесс развития города с 1586 года. На плане застройки ясно читается положение единственной улицы — Большой. Она берет начало от реки Самары, затем, изгибаясь, идет параллельно Самарской перебоине и только в конце, от нынешней Комсомольской улицы, выправляется вдоль Волги. Далее на север по берегу прослеживается дорога к перевозу через Волгу. Место перевоза — это нынешняя переправа в село Рождествено, где ныне за околицей еще видны остатки вековых берез — древних вех у дороги в бывший город Симбирск. Большая улица в Самаре сложилась не сразу. Ее объемно-пространственную основу определила дорога, проходившая от древних Спасских ворот крепости к волжской пристани 1639 года. Двухвековой период (1586 — 1782) развития города своеобразно сказался на его планировочной структуре, что наглядно отражают различные по форме и величине кварталы, расположенные по обеим сторонам Большой улицы. Отдельные документы свидетельствуют и о социальном составе их жителей.

За острогом крепости были дворы воеводы, приказных людей, детей боярских и стрельцов. По архивным сведениям, здесь на подклетях стояли «хоромы» с горницами, повалушами (башнями) и надворные службы — упираются в Волгу. Застройка подворьев, видимо, была представительной и добротной. В крепости, у Спасских ворот, на нынешней улице Кутякова, стоял Самарский магистрат, а напротив располагался ряд купеческих лавок. Возможно, в этом ряду стояла и лавка известного самарского купца 50-х годов 18 века Данилы Рукавкина. Кроме того, в районе нынешнего круглого элеватора на плане значатся здания Самарского комиссарства, земских нижних судов, цейхгауза, «выхода» (подземного помещения) для денежной казны и другие. Их местоположение подтвердили земляные работы, проводившиеся в 1976 году на улице Карбюраторной. Вознесенская слобода, упоминаемая во второй половине 17 века, располагалась по берегу Волги к югу от пристани. В ней жили работные люди, которые обслуживали нужды пристани. Действовал здесь и известный в Самаре Бурлацкий рынок.

Против Вознесенской слободы, по волжскому склону, до нынешней улицы Алексея Толстого были сады и огороды. Южный предел садов ограничивал «проспект Татищева». Его положение четко выделяется на «геометрическом» плане Самары 1782 года: на участке по современной улице Комсомольской, примерно от улицы Степана Разина до Волги. Здесь же от проезжих ворот начиналась Оренбургская дорога. От «проспекта Татищева» по волжскому склону, между современными улицами Алексея Толстого и Водников, до северного острога деревянной крепости (почти до нынешней улицы Кутякова) располагались большие кварталы, где были дворы самарских казаков и, вероятно, купцов. Здесь при устройстве «проспекта» за снесенные казацкие и ясачных крестьян дворы было уплачено по 5 рублей, то есть в три-четыре раза дешевле, чем на территории крепости. Эта часть Самары была застроена бедно, выезд сюда из крепости проходил через северную проезжую башню с названием «Городовая». В последующие годы 19 века эта часть Самары называлась Старым городом, а ее центральная улица к Волге от западного бастиона земляной крепости именовалась Старосамарской (ныне улица Крупской).

Между Старым городом и валом земляной крепости — «замка» в 30-х годах 18 века стояли строения Оренбургской экспедиции и ее командира В. Н. Татищева. Это где-то в районе нынешней городской больницы № 6. Так в общих чертах можно охарактеризовать Самару от ее основания до 1782 года, которую после пожара на чертеже изобразил унтер-офицер Пономарев. Однако начатая в 1765 году между сенатом и казанским губернатором переписка о составлении проекта плана регулярной застройки Самары вынудила губернатора просить о присылке в Казань архитектора. По этой просьбе только в октябре из Петербурга от комиссии строений в Казань прибыл «за архитектора» некий Яков Алексеев. Но было уже поздно. Самара активно застраивалась, и изменить что-либо практически было невозможно. В связи с этим Яков Алексеев был отправлен обратно в Петербург. В конце 60-х годов 18 века Самару постигла другая неприятность — ее уезд оказался заштатным, о чем в 1768 году сенат доложил Екатерине II.

Четырьмя годами позже, в 1772 году, Самара опять горела. Огонь истребил 76 дворов и 2 питейных дома. Видимо, это стало толчком для практического решения судьбы Самарского уезда. В августе 1773 года был подписан указ — бывший Самарский уезд, располагавшийся полностью на правой стороне Волги, передать в подчинение воеводской канцелярии города Сызрани. А Самара на правах слободы была подчинена уездному городу Ставрополю Оренбургской губернии. Побывавший в Самаре в 1769 году известный ученый-натуралист П. С. Паллас в своих «дневных записках» отметил тихую жизнь самарцев, их занятие огородничеством, скотоводством и «великой» торговлей рыбой. В 1775-1785 годах в России была проведена общегосударственная административно-территориальная реформа. В стране было создано 50 губерний, наместничеств и областей. Тогда, в 1780 году, Самара вошла в состав Симбирского наместничества и вторично получила статут уездного города.

Одновременно для города указом Екатерины II был подтвержден городской герб в прежнем виде — в форме щита, на котором изображена «дикая коза белая, стоящая на траве в голубом поле». Наконец, в мае 1782 года Самара получила первый регулярный план перспективной застройки. Так, после двух сильных (1765 и 1772) пожаров, переписки сената с губернаторами и, видимо, неоднократного составления плана погорелых мест, через 17 лет после стихийного бедствия Самара получила чертеж с официальным заглавием: «Геометрический план Симбирского наместничества города Самара снят в 1782 году мая 14-го дня уездным землемером Сахаровым». На чертеже внизу в правом углу две подписи: «Губернский землемер порутчик Петр Гурьев; сочинял землемер прапорщик Алексей Сахаров», а посередине листа размашистая подпись: «Генерал порутчик барон Ингелстрем» (губернатор Симбирского наместничества).

Геометрический план размещал город на весьма большой территории — от рек Волги и Самары до нынешних улиц Красноармейской и Самарской. По северной и восточной окраинам города на плане изображен ров, с целью обеспечения въезда в Самару только в двух местах, через таможенные заставы. План города представляет собой жесткую прямоугольную сетку улиц, ориентированную по положению Большой улицы и протоки Самарской перебоины. Перебоина была планировочным направлением развития Большой улицы параллельно ей, а не Волге. Поэтому ныне в Самаре ряд улиц — Водников, Алексея Толстого, Степана Разина и другие — своими концами упираются в Волгу, а пересекающие их подходят к ней не под прямым углом. Таким образом, ныне исчезнувшая Самарская перебоина была основой трассирования продольных улиц первого, 1782 года, и последующих (1804 и 1840) геометрических планов Самары.

Положительная сторона регулярного плана в том, что он обеспечивает ясную ориентацию, отрицательная — это появление по улицам вечных косогоров, увалов, овражных впадин и даже природных тупиков. Уместно сказать, что в Самаре регулярная планировка напрочь исключила идейную возможность композиционно-художественного осмысления общих топографических особенностей территории города и рельефных частностей берега Волги. В исторической практике русского зодчества подобные случаи оставили немало положительных и самобытных примеров. Однако отмеченные отрицательные стороны регулярного плана не могут быть поводом для обвинения и укора проектировщиков, так как в то время градостроительной науки вообще не было. Геометрический план города Самары первую улицу от Самарской перебоины проложил почти по существовавшей Большой (ныне улица Водников).

Вторая, Казанская улица (ныне Алексея Толстого) разрезала изначальную структуру Самарского городка. Остальные проектировались по совершенно свободной территории. По плану в городе предусматривалось 50 равновеликих жилых кварталов с размещением в них в среднем по 16 равноценных по площади дворовых усадеб. Следовательно, уездная Самара рассчитывалась на 800 дворовых участков. Ее перспективный рост, за вычетом существовавших «634 партикулярных домов», составлял 166 новых дворов. В то время в городе строили вновь по 3-4 дома в год. Таким образом, первый проект регулярной застройки Самары был рассчитан только на естественный прирост населения в течение 40 лет. Проектом геометрического плана посередине города (по современному положению улицы Ленинградской) от Волги через водораздел сохранялся «овраг» — ров бывших полевых укреплений 17 века.

Реконструировалась и значительно расширялась торговая площадь — Верхний рынок (бывшая площадь крепости 1586 года), названная в 19 веке Хлебной. В настоящее время на ней размещается Куйбышевский завод клапанов. Были запроектированы две новые площади, одна из которых — нынешняя площадь Революции, а вторая не была создана. Весьма равномерно по городу размещались съезжие (полицейские участки), с которыми соседствовали семь питейных домов (кабаков). Для верующих предусматривалась постройка пяти церквей. За валами бывшей земляной крепости располагались здания городничего, суда и почты. Прибрежная часть города и заметно выраженная бровка верхней террасы проектом не учитывались. Но они могли служить хорошей основой для композиционной и объемно-пространственной ориентации города на Волгу. Противоположная же сторона, к реке Самаре, как в прошлом, так и в наши дни была и остается задами города.

При рассмотрении в Петербурге геометрического плана города Самары к нему были приложены общие правила и рекомендации по застройке. Геометрический план Самары 1782 года подписан князем М. Долгоруковым и А. Нарышкиным. В наши дни регулярная структура плана Самары 1782 года прочно «охраняется» капитальной застройкой Самарского и Ленинского районов, которая еще не один десяток лет будет хранить память о ставшей загадочной и тайно исчезнувшей и забытой Самарской перебоине. По данным геометрического плана, в 1782 году в Самаре было 634 двора, а проживало в городе (по другим источникам) 879 человек мужского пола. Следовательно, общее количество населения обоего пола могло составлять 2000—2200 человек.

Похожие страницы:

1. История Волжских набережных Самары
2. Укрепления Самары 17 века
3. Немного об истории постройки в Самаре католического храма
4. Появление кумысолечебного заведения в Самаре
5. Самарская земская школа для образования сельских учительниц

Загрузить Adobe Flash Player
Эта запись была опубликована в рубрике Старая Самара. Добавить в закладки ссылку.

Комментирование закрыто.