Страхование от огня в России в XIX – XX веке

На развитие пожарного дела в России большое влияние оказывало страхование от огня. Первое страховое общество в России было создано в 1827 году. Впоследствии в России возникало много страховых организаций (обществ) — городских и земских, добровольных и обязательных. Как правило, они преследовали чисто коммерческие цели, между ними шла жесткая конкуренция. Наиболее прогрессивными считались земские и городские общества взаимного страхования от огня, действующие на основе общественной взаимопомощи. Коммерческие интересы для них были главными. Основная задача земских и городских обществ взаимного страхования заключалась в оказании материальной помощи погорельцам.

Экономические соображения требовали весьма подробного анализа причин возникновения пожаров, что помогало давать объективную оценку причиненного ущерба. Таким образом, лишь в страховых обществах проводилось более или менее подробное расследование огненных инцидентов. К примеру, страховые общества были материально заинтересованы в установлении истины во всех случаях, когда возникало хотя бы малейшее подозрение на умышленный поджог. Если такой факт удавалось доказать, итоги расследования становились основанием для того, чтобы не выплачивать потерпевшему страховую сумму. Представители страховых обществ всегда принимали непосредственное участие в установлении причин пожаров и их изучении. Это помогало разрабатывать наиболее эффективные мероприятия по предупреждению огненных инцидентов.

Было и еще одно прогрессивное обстоятельство: страховые общества, будучи заинтересованными в расширении своего дела, на основе тщательного анализа пожаров вводили льготы по страховым платежам при проведении ряда противопожарных мероприятий. Эти льготы предоставлялись, например, при устройстве огнестойких перекрытий в зданиях и огнестойких крыш, при наличии в служебных и жилых помещениях огнегасительных средств, стационарных огнегасительных установок, при организации собственной пожарной команды. Льготы предоставляли и за внедрение устройств и приспособлений, снижавших пожарную опасность страхуемого имущества. Разумеется, зная о таких льготах, владельцы предприятий и домовладельцы были материально заинтересованы в том, чтобы единовременно затратить средства на противопожарные мероприятия и тем самым снизить страховые платежи. Таким образом, система дифференциации оплаты при страховании способствовала введению прогрессивных мер в противопожарном строительстве: например, широкому распространению огнестойких построек, возведению внутри зданий огнестойких преград, безопасной планировке предприятий и другим аспектам противопожарной защиты.

Городские страховые общества финансировали и различные противопожарные мероприятия на местах. Они оплачивали воду, доставляемую населением за свой счет для тушения пожара, выдавали премию добровольцам за оперативное прибытие на место происшествия, субсидировали добровольные пожарные организации, выдавали ссуды городам на приобретение пожарного оборудования. В некоторых городах за счет средств страховых обществ ремонтировали дороги и водоисточники, выдавали ссуды горожанам на приобретение огнестойких строительных материалов, содержали трубочистов. Земские страховые общества имели право, согласно закону, расходовать часть прибыли на противопожарные мероприятия в сельских населенных пунктах. За счет этих средств земства создавали специальные технические группы по сельскому огнестойкому строительству, открывали мастерские по производству цементных изделий, оказывали помощь крестьянским обществам в возведении кирпичных заводов, содействовали внедрению новых строительных материалов через кредитные сельские кооперативы, открывали специальные учебные мастерские и лаборатории, а также склады строительных материалов. На эти цели порой расходовали значительные суммы: например, с 1905 по 1908 годы земства России перечислили на эти цели более 14 миллионов рублей.

Для царского правительства деятельность страховых обществ была выгодна потому, что со всех страховых операций взималась налоговая пошлина, составлявшая значительную сумму. К 1917 году общая сумма отчислений страховой пошлины в Государственное казначейство составляла около 10 миллионов рублей. Однако, взимая страховую пошлину, царское правительство отказывалось от участия в расходах на пожарное дело, целиком взвалив это бремя на местный бюджет. Отрицательной стороной страхования от огня в дореволюционной России являлись умышленные поджоги застрахованного имущества самими его владельцами с целью получения вознаграждения по завышенному добровольному страхованию. В те годы это явление называлось “самоподжог”. Жульническая операция обычно происходила следующим образом. Владелец недвижимости давал крупную взятку нечистоплотному страховому агенту, согласному на авантюрную комбинацию. Тот застраховывал имущество на сумму, которая порой в 2—3 раза превышала его фактическую стоимость.

Затем полиция выдавала погорельцу официальную справку, подтверждающую факт уничтожения огнем застрахованного имущества. В результате хитрый домовладелец получал денежное вознаграждение, которое оказывалось заведомо выше истинной цены его сгоревшей недвижимости. Иногда в этих махинациях принимали участие (за хорошее вознаграждение, разумеется) и брандмейстеры, которые затягивали тушение умышленно вызванных пожаров или намеренно увеличивали убытки, вызванные тушением, за счет ненужной разборки конструкций, заливки имущества водой, порчи материалов. В ряде губерний этим даже промышляли отдельные “специалисты” и целые группы махинаторов, которые за определенную плату искусно сжигали таким образом застрахованное имущество. В 1901 году следственные органы российской полиции раскрыли две группы профессиональных поджигателей – Киево-Васильковскую и Кремечуго-Броварскую, орудовавших на юго-западе России. Группы имели в своем составе не только специалистов по “огненному делу”, но и собственных страховых агентов и маклеров. За поджог преступники получали от домовладельца установленную сумму или даже вексель; кроме того, иногда им выдавали небольшую сумму наличными на “организационные расходы”.

Писатель А. И. Вьюрков в рассказе “Бутырки” отмечает: “Пожарам на Бутырках способствовали сами же страховые общества. В Москве их было больше десятка: “Россия”, “Московское страховое общество”, “Северное”, “Волга”, “Саламандра”, “Русь”, “Якорь”, “Надежда”, “Меркурий” и другие. Все они конкурировали между собой, и агенты их, работая на процентах, рыскали по всей России. В Москве не было ни одного не застрахованного дома. “Поднажиться” за счет страхового общества хотелось всякому. Ловкачи и дельцы спекулировали на пожарах чуть ли не открыто. Фабрика Кузмичева, около Филей, только тем и поддерживала свое существование, что горела каждый год. Ради премии поджигались дома, магазины, склады. Все это видели, знали, но уличить поджигателей не могли: не пойман — не вор, и все почти пожары приписывались “неосторожному обращению с огнем”. О том, что от пожара страдала беднота, никто, конечно, и не думал”. В этом свете любопытен следующий факт: стоило страховым обществам где-нибудь в “сильно горящих местах” произвести переоценку и понизить страховое вознаграждение вдвое или втрое, как домовладельцам и предпринимателям сразу же становилось невыгодно гореть – и в результате волна поджогов тут же стихала..

На Главную

Загрузить Adobe Flash Player
Эта запись была опубликована в рубрике История России и отмечена метками , , , . Добавить в закладки ссылку.

Оставить комментарий