Валерий Грушин и история Грушинского фестиваля

Большинство участников называют его — Грушинский…

Реже — фестиваль туристской песни имени Валерия Грушина…

Полное же название, утвердившееся с середины 70-х годов, — туристский фестиваль патриотической песни имени Валерия Грушина — в разговорной речи не встречается. Оно для газет и журналов, хотя — тоже не совсем полное. Впрочем, все это ни на что не влияет. Реально у поющей и слушающей братии Фестиваль называется просто «Грушинский». Слово это, образованное от фамилии замечательного человека, более двадцати лет назад ушедшего из жизни, удивительным образом срослось с Фестивалем, ведь для многих людей Грушинский стал частью жизни, школой Общения. Это необычно. Почему? В чем сила и жизненность Грушинского? Чтобы ответить, надо вспомнить историю..
фото Валерия ГрушинаВалерий не был наивным романтиком, до института он работал на заводе, многое мог и умел — метко стрелять, слесарить, водить автомашину, мотоцикл, знал толк в электрике, не говоря уже о своей специальности — радиоаппаратуре. Когда приходил срок курсовых работ, он брался за самые сложные, зато манившие новизной темы… У него была трезвая голова и горячее сердце. Валерий очень любил природу—леса, горы, тайгу. За все время, пока он учился, он ни разу не провел каникулы в городе. Да что каникулы — редкий воскресный день он не оставался дома. С весны его палатка уже стояла на противоположном берегу Волги. Где он только не побывал! Саяны, Алтай, Карпаты, Кольский полуостров, Урал… В большинстве походов он был руководителем группы. В физическом отношении он ничем не выделялся среди друзей, тонкий, даже хрупкий, но у него всегда был самый тяжелый рюкзак.

Однажды на Саянах ребята шли на плотах по реке Карты. На одной из шевер (перекатов) второй плот сел на камень. Пытались снять его — не вышло. До берега метров пятьдесят, но пройти это расстояние было очень трудно: течение сбивало с ног. На берег удалось перекинуть веревку и закрепить за дерево. И все же переходить с громоздкими рюкзаками было страшновато: если собьет с ног и потащит по камням—дело плохо. Тогда Валерий надел самый большой рюкзак и пошел первым. За ним — остальные. Труднее всего бывает сделать первый шаг и даже не сделать, а решиться на это. Ответственность первого шага Валерий, как настоящий мужчина, всегда брал на себя. И вот, в 1967 году студент Куйбышевского авиационного института Валерий Грушин закончил пятый курс радиотехнического факультета и после месячных армейских сборов ушел с тремя однокурсниками в водный поход на нижнее течение реки Уды, что в Восточном Саяне.

Пеший переход и постройка плота для сплава по р. Уде заняли много времени, продукты были на исходе, и туристы спешили поскорее добраться до ближайшего населенного пункта. К вечеру доплыли до метеостанции Хадома. Ее начальник встретил ребят, пригласил переночевать у него в доме и дал продуктов на дорогу. На следующее утро начальник станции решил отвезти на моторной лодке в Нерху гостивших у него двух сыновей — Колю и Леню и племянницу Любу. Течение на реке было очень сильное, вода, налетая на камни, вставала огромным валом. Перегруженная лодка на большой скорости выскочила на этот вал, перевернулась — люди стали тонуть. На берегу находились только жена начальника и Валерий. Не раздумывая, Валерий сбросил с себя штормовку, свитер и прыгнул в воду. Течение все больше сносило людей на камни, где выбраться из воды уже не было никакой возможности. Он помог девушке доплыть до берега, а затем снова поплыл к лодке, возле которой оставался еще Леня. Но, видимо, у Валеры не хватило сил, вода была ледяной, а течение очень сильным. Так он погиб..  Валерий очень хорошо пел, и петь вместе с ним было всегда легче и интересней. Он мог передать душу песни, ее особенности и ее характер. В Авиационном институте все знали трио «Веселые бобры» — непременного участника вечеров. В него входил Валерий. Иногда говорят, что когда теряешь близкого человека, в сердце остается пустое место. Но, хочется верить, что это совсем не так.. Гитара Грушина, песни Грушина должны были остаться. Не могли не остаться… И тогда родился Фестиваль..
грушинский фестиваль фото1грушинский фестиваль фото2грушинский фестиваль фото3грушинский фестиваль фото4грушинский фестиваль фото5Первый Фестиваль состоялся через год после гибели Валерия, осенью 1968 года в Жигулях, в Каменной Чаше на кордоне «Колоды». Это была почти полная импровизация друзей Валерия. Туристские секции области были оповещены о проведении песенного слета. И он удался. Трудно вспомнить сейчас, планировался тогда слет как традиционный или разовый. Это был слет имени Грушина. И этого уже было достаточно. А римская цифра I перед его названием появилась, скорее всего, потом, во время закрытия фестиваля. Появилась и… обязала организаторов продолжить. Первые пять-шесть фестивалей были, скорее всего, «семейным» делом куйбышевских туристов. В те годы определилось нынешнее лицо фестиваля, сложились традиции. Второй слет проходил уже на ставшем потом традиционным месте, на Мастрюковских озерах. Гора стала зрительным залом, а сценой — плот, превратившийся позже в огромную плавучую гитару.
грушинский фестиваль фото9грушинский фестиваль фото6грушинский фестиваль фото7грушинский фестиваль фото8В 1980 году было решено установить на поляне несколько озвученных эстрад, на которых бы безостановочно шли внеконкурсные программы ведущих авторов, в том числе членов жюри и делегатов клубов песни страны. И только тринадцатый фестиваль прошел с истинным размахом, который был приурочен в 1986 году к празднованию 400-летия города Куйбышева. Помогла это сделать начавшаяся «оттепель». Она же, в корне изменившая социальную обстановку в стране, естественным трудностям добавила новые. На туристский фестиваль обрушились проблемы Афганистана, Чернобыля и колбасы по талонам. Добавили трудностей и первые успехи кооперативного движения, учинившего над участниками Грушинского-88 буквально разбой среди белого дня. В общем, три слета, прошедшие в новых условиях на одном дыхании, вновь поставили вопрос: «Будет ли следующий Грушинский?» Вопрос этот засел не только в начальственных головах и головах противников фестиваля. Мучал он и его искренних друзей. .
грушинский фестиваль фото10грушинский фестиваль фото13грушинский фестиваль фото14грушинский фестиваль фото15Фестиваль не может исчерпать себя. Если кто-нибудь скажет, что он «сделал свое дело» и ему пора уйти — это будет ложь. Он нужен. Он необходим не только как место встречи старых друзей и новых песен, как пропагандист настоящего туризма, но и как воспитатель «случайных людей» (есть и такие). Грушинский фестиваль — это родство душ, силой доброты и веселья воспитывающий лучшие чувства — доброе отношение к природе и друг к другу.. Очевидно, что общая оценка целей фестиваля, его значимости для поющей туристской братии не изменилась и сейчас. По-прежнему Грушинский фактически является крупнейшим и престижнейшим фестивалем авторской песни, не имеющим аналогов в России. Не отодвинули его с занятых 20 лет назад позиций и прошедшие официально Всесоюзные фестивали в Саратове и Таллине.

Значит то, что в нем сохранилось—не просто свое, а нужное всем. Ведь даже противники фестиваля из года в год без командировок и приглашений едут на него. В чем же дело? В огромном количестве зрителей? В возможности провести Всесоюзную, как сейчас говорят, песенную «тусовку»? Вряд ли! Дело, думается, в туристской сути фестиваля. Фестиваль не может быть сам по себе, как не может быть само по себе любое живое дело. Он неотделим от туризма как вида спорта или просто отдыха. И все беды и трудности его дают о себе знать, когда это забывается. Грушинский рожден как туристский слет. И в любом другом обличье представить его невозможно. Не случайно окончились ничем все попытки проведения его на стадионах и в концертных залах. Сейчас, когда стали появляться призывы к освобождению авторской песни от «туристской шелухи», нелишне напомнить, что именно туристские слеты в свое время не только расширили ареал этой песни, но и многие годы были чуть ли не единственной благодатной и относительно безопасной ее «средой обитания».

К сожалению, не исчезли еще буквальные толкования терминов «туристский фестиваль» и «туристская песня». Эти толкования подразумевают лишь сам туризм предметом творчества, предметом поэтического исследования. И неважно, о чем при этом поется в песне — о кедах, шагающих по тропе, или о шинах, шуршащих по асфальту. Важно лишь, чтобы условия для возникновения этих песен продолжали существовать в людях! Костры Грушинских слетов множат количество таких песен уже третий десяток лет. Костры эти горят для всех. Нет около них избранных, нет старших и младших. Перед ними все равны. И ценятся здесь честность и искренность, а всё остальное вторично, всё остальное не главное. И пока будет так, будет проводиться Грушинский фестиваль.

На Главную

Загрузить Adobe Flash Player
Эта запись была опубликована в рубрике Грушинский фестиваль и отмечена метками , , . Добавить в закладки ссылку.

Добавить комментарий